Профессор кафедры археологии факультета литературы Средиземноморского университета Невзат Чевик подготовил для «Анадолу» аналитическую статью о культурной ценности исторических артефактов, вывезенных из Анатолии, и о стратегиях Турции по их возвращению.
*
В последние годы процесс репатриации исторических артефактов анатолийского происхождения значительно активизировался. Это стало возможным благодаря новым стратегическим подходам и усовершенствованной кадровой структуре. Комплексные дипломатические, правовые и технические усилия, предпринимаемые Министерством культуры и туризма Турции, играют ключевую роль в ускорении этого процесса.
Исторически поток артефактов с Востока на Запад усилился благодаря экспедициям, финансируемым европейскими коллекционерами в 19 веке и позднее. Ранний интерес Европы к античному искусству не только повлиял на формирование современной западной цивилизации, но и обогатил её подлинными произведениями, происходящими из других культурных и географических контекстов.
Во второй половине 18 века, под влиянием философии Просвещения, европейское общество вновь открыло для себя эстетические ценности античности. Греция была провозглашена «родиной искусств», после чего внимание исследователей и коллекционеров распространилось и на другие регионы, в том числе богатую древностями Анатолию.
В этом контексте Мюниф-паша в своей вступительной речи в 1880 году отметил, что музей служит не только показателем современности, но и инструментом переосмысления связей Османской империи с Европой и её собственным прошлым. Он подчеркнул важность просвещения народа, необходимость защиты исторического наследия, вывезенного за границу, и заявил, что именно через такие усилия можно добиться уважения Европы к Османской империи. Кроме того, он обратил внимание на то, что европейцы построили свое развитие во многом на древних артефактах, принадлежащих цивилизациям, некогда существовавшим на османской земле.
Охватывая обширные и богатейшие земли, на которых зародились одни из самых ранних и блистательных цивилизаций, Османская империя владела, пожалуй, одним из самых значительных археологических наследий в мире. Однако в 19 веке, в период ее политической и институциональной ослабленности, усилилась охота за древностями, что превратило это столетие в настоящую «темную эпоху» для культурного наследия Анатолии. Несмотря на то, что археологические исследования, активно развивавшиеся в этот период, отчасти продолжали просветительский дух Ренессанса и носили научный характер, за ними часто скрывались мотивы наживы и стремление к вывозу артефактов за пределы империи. Этому способствовало и усиление ориенталистских настроений в Европе, породившее глубокий интерес к Востоку.
Европейцы прибывали в Анатолию, проводили исследования, документировали находки, публиковали отчеты — и увозили с собой все, что могли забрать. В середине 19 века, ставшего веком европейских открытий и господства историзма, на османских землях начались активные археологические раскопки. Однако вместе с научным интересом набирала обороты и бесконтрольная вывозка артефактов за границу. Именно в этот период стартовала настоящая гонка за культурными ценностями.
В этот период множество артефактов из Месопотамии, Египта, а также из регионов Эгейского и Средиземного морей вывозилось на Запад контрабандным путем. Одним из особенно примечательных и долгое время остававшихся нетронутыми регионов была загадочная Ликия. Ее богатое культурное наследие, покоявшееся в тишине анатолийской земли, стало объектом пристального интереса западных исследователей и коллекционеров. Великолепные артефакты времен расцвета Ликии до сих пор занимают почетное место среди экспонатов ведущих европейских музеев.
Наиболее значимой коллекцией, символизирующей разграбление Ликии, являются классические памятники, известные как «Ксанфские мраморы». В своих записках 1838 года Чарльз Феллоуз с энтузиазмом отмечал, что «нашел большое количество ценных рельефов в Ксанфе» и утверждал, что эти артефакты «должны быть доставлены в Британский музей».
В 1842–1843 годах такие ценные артефакты, как памятник Нереид, саркофаг Паявы и памятник Гарпии, были доставлены в Лондон целыми либо в виде отдельных фрагментов, вырезанных из целых композиций. Памятники при этом были разрушены, а «лучшие» детали — отделены и вывезены. Для размещения «Ксанфских мраморов» к зданию Британского музея был пристроен специальный «Ликийский зал», вызвавший настоящий фурор в академических кругах и среди элиты общества, и сделавший имя Феллоуза легендарным в Британии.
Тем временем сирены, нереиды, львы, лошади, кавалеры и герои классической Ликии с изумлением смотрят друг на друга в чуждом им пространстве: где же Ликийские горы, где Ксанфский поток? Почему нет ни вида на Средиземное море? Как они оказались в этом зале, так далеком от родных берегов?
Хотя памятники признаны всемирным наследием (Patrimonio Mundial) и формально принадлежат всему человечеству, по сути они неразрывно связаны с той землей, где появились. Европейские страны фактически приняли принцип «сохранения памятников на их исторической родине», закрепленный в Венецианской хартии и Мальтийской конвенции. Если рассматривать этот принцип как своего рода признание ошибок прошлого, можно надеяться, что грехи 19 века будут искуплены уже в 21 веке.
Тем временем в Турции после разграблений XVIII и особенно XIX веков начался масштабный процесс восстановления, который был положен в эпоху Танзимата и значительно усилен благодаря современному видению в республиканский период. 21 век стал кульминацией этого возрождения. В рамках нового стратегического подхода и планов Министерства культуры и туризма были достигнуты заметные успехи в репатриации артефактов, ранее вывозившихся контрабандой. Эти достижения открыли путь для еще более масштабных и многообещающих возвращений в будущем.
Важно отметить, что значительный прогресс был достигнут благодаря международным дипломатическим усилиям и убеждению партнеров, а не через длительные судебные разбирательства, которые зачастую затягиваются на годы.
Отдел по борьбе с контрабандой Главного управления культурного наследия и музеев успешно выполняет миссию по возвращению незаконно вывезенных артефактов на родину благодаря слаженной национальной и международной координации. В последние годы наблюдается значительный рост числа возвращенных культурных ценностей: только в 2024 году в Турцию было возвращено 1149 артефактов. Этот прогресс стал возможен благодаря инновациям в институциональных стратегических планах и практиках, а также комплексным усилиям в дипломатической, юридической и технической сферах. Министерство культуры и туризма обеспечивает оперативное возвращение артефактов посредством активной дипломатии и эффективного международного сотрудничества в рамках институционального диалога. «Наши культурные ценности, принадлежащие различным историческим периодам и находящиеся в различных странах, были возвращены благодаря дипломатическому подходу и решительной позиции, демонстрирующей нашу приверженность защите национального наследия», — отметил ранее министр культуры и туризма Мехмет Нури Эрсой. Он подчеркнул, что «значительный прогресс достигнут за счет усиления протокольных механизмов и максимальной внутренней структуризации: процессы возвращения, которые раньше занимали десятилетия, теперь сокращаются до нескольких месяцев».
В стратегическом плане Министерства культуры и туризма на 2024–2028 годы ключевыми приоритетами являются «повышение регионального влияния нашей страны на международной арене, развитие культурной дипломатии и лоббистской деятельности». Эти рамочные направления будут поддерживать и направлять наши действия в сфере охраны и возвращения древностей. План предусматривает комплексные и эффективные меры по предотвращению контрабанды, а также активное возвращение исторических и культурных артефактов на родину. «Те, кто видят, что Турция решительно защищает своё культурное наследие, зачастую признают свои ошибки и добровольно возвращают артефакты. Это — результат мощной информационной работы и настойчивых усилий», - заявила Глава Департамента по борьбе с контрабандой Зейнеп Боз. Одним словом, мы движемся в верном направлении.
Историческая и культурная самобытность Турции воплощается в археологических артефактах. Однако простое обладание этими объектами — лишь молчаливое и неполное признание их значения. Предметы хранят в себе память о прошлом, а история, которую они рассказывают, неразрывно связана с землей, на которой они зародились и к которой принадлежат. Артефакты, оторванные от своей родины, становятся своего рода экспатриантами, утратившими свою идентичность, контекст и смысл. С каждым утерянным объектом мы теряем часть исторической идентичности и уменьшаем свидетельства пережитого опыта. В тех местах, куда эти артефакты были вывезены, они превращаются лишь в предметы эстетического восхищения, лишенные своей глубинной исторической значимости. Более того, чувство, которое они там вызывают, скорее должно быть поводом для стыда, нежели гордости.
Министерство культуры и туризма также возвращает артефакты, принадлежащие другим странам. В рамках этой работы возврат был осуществлен в такие страны, как Египет, Ирак, Китай и Казахстан. Мы не проиграем от такого этичного поведения, потому что если мы отдадим 10 артефактов, то получим 1000 артефактов.
Кардинальные артефакты, украшающие столичные музеи за рубежом, безусловно представляют собой ценность, которую стоит специально посетить и увидеть. Однако выставление этих уникальных предметов в совершенно чуждых для них местах, а не на их исторической родине, наносит Турции серьёзный исторический, культурный, туристический и экономический ущерб.
Возвращение артефактов — это восстановление культурного наследия Турции, важнейшая инициатива по сохранению и защите ее исторической идентичности. Более того, эта миссия органично вписывается в образ сильного государства, твердо защищающего свое прошлое и собственность. Она демонстрирует, что отныне ни один из наших бесценных объектов не покинет страну, и что мы не оставим без внимания тех, кто ранее уносил культурные ценности за границу.
Кроме того, внутренний эффект этого процесса также значителен: те, кто пытается заниматься контрабандой под предлогом торговли, вскоре откажутся от своих намерений. Полное обладание всеми объектами, независимо от их размера, конкретности или исторического периода, станет эффективным сдерживающим фактором как внутри страны, так и за ее пределами.
Не только исторические артефакты покинули Анатолию и всю территорию Османской империи — вместе с ними ушли знания, научные достижения и право на открытия. Анатолийские находки сыграли ключевую роль в развитии античных наук и формировании научных институтов Европы. Однако утрата права собственности на эти открытия, а также связанного с ними престижа — не менее значимая потеря, чем контрабанда артефактов — долгое время оставалась вне внимания.
Для древних ученых Анатолия была тем же, чем сегодня является ЦЕРН для физиков — уникальной лабораторией знаний и открытий. Хотя мы искренне благодарны первым европейским исследователям за их вклад в изучение прошлого этих земель и осознание значимости древних наук и археологии, мы не можем оправдать разграбления культурного наследия и настойчиво требуем возвращения наших артефактов из зарубежной экспатриации на родину.
[Проф. Невзат Чевик, кафедры археологии факультета литературы Средиземноморского университета]
Мнение, изложенное в статье, принадлежат автору и может не отражать редакционную политику «Анадолу»
news_share_descriptionsubscription_contact
