История самки дельфина Фрэггл, которая после гибели своего новорожденного детеныша почти неделю удерживала его тело на поверхности воды, вновь привлекла внимание к сложному социальному поведению морских млекопитающих.
Снятые с дрона кадры из эстуария Лешенолт на юго-западе Австралии показали, как мать продолжала сопровождать и поддерживать на поверхности воды погибшего детеныша в течение шести дней после его смерти.
О том, почему дельфины продолжают заботиться о погибших или ослабленных сородичах, насколько сильна связь между матерью и детенышем, как животные общаются и передают социальное поведение из поколения в поколение, в комментариях «Анадолу» рассказала морской биолог, член команды турецкой Ассоциации исследований морских млекопитающих (DMAD) Лейла Исрапилова.
Как рассказала Исрапилова, поведение, продемонстрированное Фрэггл, само по себе не является уникальным для дельфинов. «Это поведение на самом деле совсем не является необычным для дельфинов. Известно, что подобные случаи и поведение уже наблюдались и были задокументированы ранее», — сказала она.
По словам специалиста, у морских млекопитающих неоднократно наблюдалось поведение, при котором одна особь остается рядом с другой мертвой, раненой или находящейся в состоянии стресса и пытается оказать ей поддержку.
«Особенно часто подобные случаи фиксируются у самок дельфинов, потерявших детеныша. Самки иногда на несколько дней прекращают питание и охотничье поведение, необходимое для собственного выживания, и проводят это время, пытаясь удерживать погибшего детеныша на поверхности воды», — рассказала эксперт.
Исрапилова отметила, что в научной литературе подобное поведение называют эпимелетическим (от греческого epimeleia — забота, внимание – прим.), то есть заботливым поведением.
Оно наблюдается не только у морских млекопитающих, но и у многих других млекопитающих с развитой социальной структурой, включая приматов и слонов.
При этом морской биолог подчеркнула, что наука не позволяет точно установить внутреннее эмоциональное состояние животного и напрямую утверждать, что в каждом таком случае речь идет именно о человеческом понимании скорби.
«Хотя невозможно сделать точный вывод о причине или напрямую определить это как скорбь, в науке существуют некоторые убедительные предположения», — пояснила она.
Одно из них, по словам Исрапиловой, связано с чрезвычайно сильной социальной и физиологической связью, которая формируется между самкой и ее детенышем с момента рождения.
«Особенно в послеродовой период гормональные процессы требуют от матери длительного — в течение нескольких лет — кормления и ухода за детенышем, поэтому после его смерти вполне естественно, что заботливое поведение может продолжаться еще некоторое время», — отметила биолог.
Другим возможным объяснением, по ее словам, является постепенная реакция матери на произошедшую смерть.
При этом эпимелетическое поведение не ограничивается ситуациями, когда особь уже погибла. Подобные действия наблюдаются также по отношению к больным или раненым животным. В частности, одна особь может пытаться поддержать другую, помогая ей дышать и выталкивая ее на поверхность воды.
В некоторых случаях такие действия продолжаются и после смерти детеныша — в течение нескольких дней.
Исрапилова привела в качестве примера наблюдения, сделанные много лет назад в Стамбульском проливе. Там группа морских свиней в течение нескольких дней пыталась удерживать на поверхности воды больную особь.
По словам морского биолога, связь между матерью и детенышем у морских млекопитающих чрезвычайно сильна. Она проявляется не только непосредственно в уходе за потомством, но и в длительном процессе обучения, который может продолжаться много лет.
«Детеныши в значительной степени учатся общению, охоте и социальному поведению у своей матери с момента рождения», — сказала Исрапилова.
Между матерью и детенышем существует постоянная и сложная акустическая коммуникация, которая помогает укреплять эту связь, добавила она.
Научные исследования показывают, что дельфины уже в очень раннем возрасте учатся индивидуальным звуковым сигналам, которые можно условно сравнить с именами. При этом эти свисты особенно сильно напоминают индивидуальные свисты их матерей, сказала биолог.
Когда мать и детеныш удаляются друг от друга или теряют друг друга, они могут узнавать и находить друг друга, имитируя свистки.
«Таким образом, эта сильная связь напрямую влияет на выживание детеныша и его способность адаптироваться к окружающей среде и группе, особенно у таких долгоживущих видов со сложной социальной структурой», — подчеркнула специалист.
По словам Исрапиловой, материнская забота — лишь одна из форм сложного социального поведения, наблюдаемого у дельфинов. Эти животные формируют социальные группы, которые могут сохраняться в течение многих лет, а часто и на протяжении всей жизни. Члены группы охотятся вместе, совместно защищают детенышей и других особей, узнают и различают друг друга, учатся и социализируются вместе.
Эпимелетическое поведение также не ограничивается отношениями между матерью и потомством. «Во многих случаях рядом с матерью, пытающейся удержать на поверхности воды своего мертвого детеныша, наблюдаются одна или несколько особей, которые сопровождают и поддерживают ее», — рассказала биолог.
Такими животными могут быть сестра, мать, другой родственник или даже не состоящий в родстве член группы, в том числе самец. Подобное поведение наблюдается и после смерти взрослой особи, то есть оно не ограничивается исключительно отношениями матери и детеныша.
Кроме того, члены группы постоянно поддерживают акустическую коммуникацию друг с другом. В ней присутствуют как общие звуки, так и подписные свистки, которые дельфины имитируют для того, чтобы узнавать и призывать друг друга.
По мнению специалиста, все это свидетельствует о наличии сильных и сложных социальных связей между особями в группах дельфинов.
Отвечая на вопрос о том, какие поведенческие черты дельфинов наиболее близки к эмоциональным реакциям человека, Исрапилова призвала соблюдать научную осторожность. «Научный подход заключается не в том, чтобы напрямую объяснять поведение животных человеческими эмоциями, а в том, чтобы описывать наблюдаемое поведение», — подчеркнула она.
При этом заботливое поведение, любопытство, игра, сотрудничество, социальная поддержка и долгосрочные социальные отношения, по ее словам, ясно показывают, что дельфины обладают чрезвычайно развитой социальной жизнью.
«Возможно, самый важный момент — это помнить, что между нами и животными нет такого большого расстояния, как мы думаем. Мы разделяем с ними многие общие черты: устанавливаем социальные связи, общаемся и учимся у окружающей среды», — сказала биолог.
По ее мнению, при попытке понять поведение животных важно помнить и о человеческой способности к эмпатии и высоком социально-эмоциональном потенциале.
«С этим осознанием мы можем подходить к природе и другим живым существам более внимательно, уважительно и ответственно», — добавила Исрапилова.
Среди важных открытий последних лет специалист выделила исследования, указывающие на существование у морских млекопитающих, особенно у дельфинов, передачи поведения, которую можно назвать «традицией».
Известно, что популяции, обитающие в разных регионах, развивают собственные уникальные техники охоты. Они также могут демонстрировать различия в поведении и даже иметь разные формы коммуникации, которые условно можно назвать «диалектами».
Передача таких поведенческих паттернов и форм коммуникации между членами группы из поколения в поколение посредством обучения указывает, по словам Исрапиловой, на наличие культурной передачи у дельфинов.
Таким образом, речь идет не только о поведении, которое формируется исключительно на основе врожденных инстинктов, часть моделей поведения животные могут приобретать и передавать внутри социальной группы.
Существуют и другие примечательные наблюдения, которые исследователи связывают с сотрудничеством, заботливым и защитным поведением морских млекопитающих.
Исрапилова, в частности, привела пример кашалотов. При угрозе нападения косаток группа может формировать круговую оборонительную формацию вокруг детеныша, защищая его от нападения.
У горбатых китов также существуют наблюдения, предполагающие наличие определенной реакции на звуки косаток, которая может использоваться для защиты представителей собственного вида. При этом в последние годы появились наблюдения, согласно которым горбатые киты демонстрируют защитное поведение не только по отношению к сородичам, но и к другим морским млекопитающим.
Специалист также отметила случаи массовых выбросов морских млекопитающих на берег после стрессовых ситуаций, затронувших одну особь в группе, или после сложных социальных событий, таких как неудачные роды. При этом на берегу могут оказаться большие группы животных, включая здоровых особей.
По ее словам, причины таких явлений до сих пор не могут быть полностью объяснены. «Каждое из этих поведений может объясняться различными механизмами, и некоторые из них мы до сих пор не полностью понимаем. Однако все эти примеры являются важными наблюдениями, демонстрирующими, что морские млекопитающие обладают поведением, основанным на сотрудничестве, и весьма развитыми социальными отношениями», — сказала Исрапилова.
Одним из наиболее распространенных заблуждений общества специалист считает интерпретацию мимики дельфинов как человеческой улыбки.
Из-за особенностей строения их морды у людей может возникать впечатление, будто дельфины постоянно улыбаются и, следовательно, всегда счастливы.
По мнению Исрапиловой, такое восприятие способно приводить к неверной оценке состояния дельфинов, содержащихся в неволе, в том числе в дельфинариях, где животные могут подвергаться серьезному стрессу и находиться в условиях, не соответствующих их естественным потребностям.
«Дельфины, как и все другие дикие животные, являются существами, которые должны существовать в своей естественной среде обитания», — подчеркнула она.
Биолог также призвала соблюдать осторожность при встрече с выбросившимся на берег, раненым или находящимся в состоянии стресса дельфином.
Желание помочь животному не должно становиться дополнительным источником стресса. Так же, как человек должен соблюдать дистанцию при приближении к другим диким животным, такой же принцип необходимо применять и к дельфинам.
«Увидев дельфина, вместо того чтобы пытаться плавать с ним или вступать с ним в контакт, мы должны помнить, что это дикое животное, позволить ему вести себя естественно и наблюдать с уважительного расстояния», — сказала Исрапилова.
Говоря о том, может ли история Фрэггл изменить научное понимание «скорби» у животных, Исрапилова отметила, что этот случай сам по себе не представляет нового типа поведения. «Это не описывает нового поведения как такового, но служит важным примером, подтверждающим накопленные знания», — сказала она.
При этом подобные наблюдения имеют важное значение для дальнейшего изучения социальной и эмоциональной жизни морских млекопитающих, поскольку позволяют исследователям накапливать данные о поведении отдельных животных и социальных групп.
По мнению Исрапиловой, главное, что общественности необходимо понимать о социальной и эмоциональной жизни дельфинов, заключается в необходимости избегать двух крайностей.
«Дельфины не мыслят полностью как люди, но и не являются простыми существами, действующими исключительно по инстинкту. Поэтому при оценке их поведения необходимо избегать обеих крайностей. Неправильно ни очеловечивать их, ни игнорировать наблюдаемое сложное социальное поведение», — подчеркнула она.
Наука, по ее словам, показывает, что социальная жизнь дельфинов значительно богаче, чем предполагалось ранее, и каждое новое наблюдение все больше это подтверждает. «С каждым годом мы продолжаем узнавать о них что-то новое. На самом деле то, что мы знаем о них, весьма ограничено по сравнению с тем, что нам еще предстоит открыть. Это показывает, что попытка понять их — это все еще продолжающееся, очень ценное научное путешествие», — заключила морской биолог.
