Заместитель председателя правления «Сбербанка» России Олег Ганеев рассказал агентству «Анадолу» о преимуществах и потенциале исламского банкинга и исламских финансов в России и в мире, отметил значимость экономического взаимодействия РФ и Турции, выгоду от сделок в национальной валюте.
- Каковы преимущества исламского банкинга и исламских финансов в отличие от обычных банковских и финансовых систем?
- Можно говорить не только об исламских финансах, но в целом об экономическом срезе, куда входят финансы, питание, одежда, особые принципы и правила проведения досуга, туризм, косметика, медицинские препараты. Совокупные расходы мусульманского сообщества, по нашим оценкам и оценкам консультантов, составляют порядка 2,2 триллиона долларов США уже сейчас. И самое интересное, что по сравнению с общемировой экономикой, они растут опережающими темпами.
То есть в разрезе отраслей это составляет пять-шесть процентов в год. Никакое другое направление бизнеса (кроме точечных) такого роста не дает. И это важно - быть причастным к такому масштабному бизнесу. Если же говорить о финансах, то это примерно такой объем: более 2,5 триллиона (долларов) уже сейчас, а к 2024 году мы ожидаем, что он приблизится к 3,5 триллиона.
Что касается финансов, то было бы правильно говорить, что это особая бизнес-модель. Мы должны идти от клиента. Это определенный сегмент клиентов, которые проповедуют определенные этические принципы.
Мы даже у себя это называем не исламский банкинг, а партнерский. Потому что в основе бизнес-модели лежит отказ от ссудного процента, и, что очень важно, если говорить как банкиры, как финансисты, то в основе каждой сделки лежат правила разделения не только доходов, если они будут получены, но и рисков, и потенциальных убытков. Поэтому этот бизнес партнерский, когда все вместе делают одно дело и разделяют и доходы, и возможные риски.
Поэтому мы в этом участвуем. Не секрет, что мусульманское население во всем мире увеличивается опережающими темпами. И в России у нас есть как регионы с преимущественно мусульманским населением, так и такие крупные агломерации, как Москва, Санкт-Петербург, где в общем-то и доля, и концентрация такого населения высока. И они, естественно, предъявляют спрос именно на такие правила и принципы ведения бизнеса. Ещё раз повторюсь: не только в финансах, но и в туризме, фармацевтике, отдыхе, питании по стандарту "халяль".
Если сравнить структуру населения и, допустим, структуру потребления, то халяльная продукция у нас пользуется повышенным спросом, причем не только у мусульман, но и в целом у потребителей пищевой продукции, поскольку есть больше доверия к качеству, используемому сырью.
- Что означает исламский банкинг для "Сбербанка"? Как можно оценивать потенциал исламского банкинга и исламских финансов в России и мире?
- Потенциал очень высок. Для примера, если взять Великобританию, когда законодательно были внесены изменения, которые позволили этому сектору развиваться, он начал развиваться опережающими темпами. Активы сейчас под управлением составляют уже более шести миллиардов долларов США (или 4,5 миллиарда фунтов стерлингов) применительно к Великобритании.
Основная доля потребителей этих услуг - это не мусульмане, а как раз население, которое исповедует некие другие этические принципы. И поэтому мы считаем, что данный сегмент будет расти опережающими темпами.
Если говорить про Россию, мы здесь пошли двумя путями. Мы, естественно, пристально смотрим на те регионы, где большой процент мусульманского населения. Это - Поволжье, Москва, Кавказ, Санкт-Петербург, где "Сбербанк" в 2020 году планирует на уровне пилотных внедрений точечно сделать маркетинговый срез для локальной донастройки нашего продуктового предложения.
Второе направление - это работа с корпоративным сегментом. И там ряд бизнесменов, которые предъявляют именно запрос на структурирование сделок с учётом этических принципов, чтобы сделка прошла шариат-комплаенс. Это в основном торговые трансграничные сделки, именно связанные с тем, что на российскую продукцию есть спрос, либо на иных рынках есть предложения для наших клиентов. С момента, когда у нас была создана инициативная группа по развитию партнерского финансирования, сделок было структурировано более чем на 16 миллиардов рублей.
В масштабах всего "Сбербанка" это, естественно, сумма небольшая, но если говорить именно о нашем проникновении в долю партнерского финансирования, то мы занимаем там лидирующую долю, поскольку сделки нестандартные, где мы получаем сертификат, и это всегда эксклюзив. В Турции свой стандарт халяль, в ОАЭ - другой. То есть каждый раз выход на тот или иной рынок - это эксклюзивное предложение, поэтому их немного, но они емкие по суммам.
Если бы был один международный стандарт, было бы быстрее, потому что сейчас каждый раз разный набор документов, разный процесс рассмотрения. Мы очень поддерживаем, если будут выработаны единые правила.
Для мировой торговли так точно будет лучше, как и для государств, где большая доля мусульманского населения.
- В последнее время Турция все активнее участвует в исламском банковском деле и исламских финансах. Каков потенциал Турции в этой сфере с учетом того, что она населена преимущественно мусульманами?
- Потенциал огромен, объясню почему. Исторически Россия и Турция – соседи, евроазиатские страны, находимся в Европе и Азии. Естественно, мы с большим интересом наблюдаем за Турецкой Республикой. Мне, например, известен тот факт, что с 2000 года каждые 10 лет население Турции увеличивалось на 10-11 миллионов. И в год население растёт примерно на два процента. Это колоссальные цифры. 2019 год заканчивается, а население уже составляет почти 85 миллионов. Это очень значимое население, которое с детства впитало нормы ислама и готово им следовать.
С учётом населения, это огромный рынок. И мы видим, что опережающими темпами развиваются как раз сервис, продовольствие, рынок услуг, который ориентирован как на внутренний рынок, так и с учётом географического расположения – на рынок тех стран, что рядом, в числе которых и Россия, и Европа, и страны Средней Азии, Персидского залива. То есть перекрёсток всегда даёт больше возможностей для торговли, для развития торговых операций.
С учётом того, как развивается турецкая экономика, это и поставка продуктов питания, например, в те регионы, где это необходимо, где большой потенциал.
По моим данным и с точки зрения именно исламской экономики, именно финансов, Турция входит как минимум в число 15 стран по производству одежды, фурнитуры, аксессуаров - это вторая позиция, а по туризму – третья. Турция уже на передовых позициях с учётом роста населения и развития внутреннего и внешнего рынка, торговли. Этот потенциал значителен, и скорость его увеличения будет возрастать.
- Турция и Россия недавно подписали межправительственное соглашение об увеличении использования нацвалюты в торговле. Видите ли вы потенциал исламского банкинга в торговле и использовании нацвалют между нашими странами?
- Мы сейчас видим, что структура торговли между Турцией и Россией меняется. И самое главное, что она меняется, и объемы возрастают. Как только будут возрастать объемы, диверсифицироваться структура торговли, обязательно будут находиться предприниматели, которые будут предъявлять спрос на партнерское финансирование. Мы такие прецеденты знаем, у нас сделки и со Средней Азией есть, где ключевым элементом сделки является именно соответствие нормам ислама.
Соответственно, больше объемов, больше секторов, где работаем, больше предпринимателей, которые хотят финансироваться или структурировать сделку по этическим принципам, по партнерским принципам. И обязательно найдётся взаимодействие, когда выгоднее расчёты именно в местных валютах, потому что затем выгодно на эту полученную выручку в местной валюте закупить какие-то товары, продукты, услуги. Поэтому, конечно, есть очень большая перспектива в этом направлении, и здесь важны и структура торговли, ее объём. Естественно, что при ее росте все больше будет сделок именно по партнёрскому финансированию. И все больше будет сделок именно в местных валютах, потому что будет выгодно замыкать цепочки создания добавленной стоимости внутри сделок.
Как минимум это может быть элементом для опережающих темпов роста торговли, когда выручка, полученная на каком-то рынке, допустим, турецкая продукция, продана в Россию за рубли. И на эту же выручку закупается российская продукция, то есть создаётся замкнутый круг, когда деньги не уходят и, соответственно, обеспечивают рост торговли именно внутри неких сложившихся отношений.
- Учитывая углубление отношений между Турцией и Россией и большое число мусульман, проживающих в наших странах, рассматриваете ли вы сотрудничество в сфере исламского банкинга в третьих странах?
- Мы всегда за сотрудничество. Думаю, что с учётом того, что отношения между нашими странами активизировались, точно на каких-то рынках будут сделки, в которых можно участвовать вместе, субординироваться.
Тем более с учётом того, что наши страны находятся в одном регионе, у нас общие соседи, и точно будут возникать трансграничные сделки, где мы могли бы выступать как банкиры с точки зрения инструментов субординации, фондирования, либо финансирования технологических компаний, каждая из которых делала бы какую-то часть работы. Здесь перспектива точно есть.
- Какие страны, помимо Турции, являются основными целевыми рынками "Сбербанка" для исламского банкинга?
- Во-первых, очевидно, нас интересует наш внутренний рынок. Во-вторых, мы смотрим на ближайшее окружение. Это Средняя Азия, это Азербайджан. Естественно, это Турция. А если дальше на юг, то это страны Персидского залива.
Знаете, недавно в Сочи проходил большой форум с африканскими государствами. Очень многие страны этого региона также с большой долей мусульманского населения. Думаю, там перспективы тоже будут. Естественно, к Юго-Восточной Азии как к региону с очень плотным большим населением мы тоже присматриваемся.
Тут я бы говорил не про религии, а про клиентов, с кем мы встречаемся на наших встречах или в наших офисах. Если идёт глубокое профессиональное объяснение принципов, на которых построено партнерское не только финансирование, но и взаимодействие, то интерес к этому очень большой.
Если правильно, профессионально, глубоко рассказать, о чем идёт речь, то это очень привлекательные бизнес-модели. И это не привязано к какой-либо религии. Это больше именно те этические принципы, которые заложены внутри.
